Почему время электронного голосования еще не пришло?
Общество тогда будет доверять новейшей технологии волеизъявления, когда все механизмы и процедуры демократии станут прозрачными. Скандал вокруг экспериментального электронного голосования в трех округах по выборам Мосгордумы был запрограммирован. Общее состояние дел с выборами с России таково, что любые эксперименты с формой голосования обречены подвергаться сомнению и отрицанию как минимум той частью общества, которая критически настроена к действующей власти, – и это с самого начала надо было учитывать.
Целью любых электоральных новаций, которые способны сплотить вокруг себя активную часть граждан, может быть только очевидное и выгодное для всех совершенствование механизмов демократии как эффективной, честной и прозрачной системы народного представительства. В современной же России электронное голосование по своему политическому содержанию отличается от традиционных процедур не больше, чем голосование бюллетенями, напечатанными на белой бумаге, отличалось бы от голосования бюллетенями, напечатанными на бумаге цветной. Потому что сама по себе процедура подачи голосов в любом виде – лишь часть общего процесса выборов, который начинается с выдвижения кандидатов и заканчивается сдачей финансовых отчетов. Если где-то что-то работает неправильно и у общества возникают вопросы к организаторам и исполнителям тех или иных процедур, весьма опрометчиво требовать консенсуса по поводу новой формы подачи избирателями голосов за кандидатов.
Главные проблемы выборов России давно известны: это, во-первых, избирательный допуск к участию в кампании, а во-вторых – сомнения в честности избирательных комиссий, сплошь и рядом работающих на нужных власти кандидатов. На фоне этих двух проблем меркнут все остальные, и надо ли говорить, что проведенный эксперимент никак не помогает решить их? Даже если принять все объяснения защитников электронного голосования, все равно остается много вопросов, и прежде всего главный: а точно ли стоило проводить такой эксперимент именно сейчас, в такой напряженной атмосфере, когда беспристрастность организаторов выборов постоянно ставится под сомнение?
Нельзя не отметить, что и в странах с развитой демократией переход на электронное голосование не вызывает такого энтузиазма, который можно было наблюдать всего несколько лет назад. Озабоченность угрозой хакерских атак и невозможность объяснить рядовому избирателю технологическую суть процесса так, чтобы он всей душой поверил в его защищенность и прозрачность, делают всеобщий переход на такую форму подачи голосов делом неопределенного будущего.
Чтобы общество приняло электронное голосование, необходимо абсолютное доверие и рядовых избирателей, и политической элиты к технологии волеизъявления и его учету. Сомневающиеся всегда будут, и это нормально, но одно дело несколько процентов скептиков-луддитов, отрицающих все новые технологии по определению, совсем другое – обоснованные сомнения в честности всей системы проведения выборов со стороны части избирателей и кандидатов.
Переход к электронному голосованию возможен только через решения демократически и свободно избранных органов власти, пользующихся доверием у подавляющего большинства избирателей и своим авторитетом гарантирующих честность и прозрачность всех процедур. Таких органов в современной России нет, и никакие общественные советы и комиссии ничего гарантировать не могут в ситуации, когда реальная власть находится у людей и структур, известных своими антидемократическими убеждениями и склонностью всегда и везде блюсти прежде всего свой практический интерес.
